Свыше десяти миллионов лет назад на материках Азии, Европы и Африки жило много разных человекообразных и низших обезьян. Они населяли тропические и субтропические леса, которые покрывали тогда огромные равнинные области и изобиловали различными плодами.
Среди обезьян возникали и крупные человекообразные, например дриопитеки (от греческих «дрис» — дерево и «питекос» — обезьяна). Дарвин считал дриопитеков важным звеном длиннейшей человеческой родословной. При передвижении по деревьям эти обезьяны цеплялись за ветви, подвешиваясь к ним руками, туловище при этом находилось в отвесном положении, а ноги были поджаты. Но, вероятно, по более толстым ветвям дриопитеки могли ходить и даже бегать на двух ногах. Это была первоначальная форма хождения.
Способность к передвижению на двух конечностях, или к прямохождению, очень пригодилась предкам человека, когда на Земле стал сильно меняться климат. Оказывается, что около 15 млн. лет назад, в миоценовую эпоху третичного периода новой, или кайнозойской, эры (см. т. 1 ДЭ), на Земле становилось гораздо суше, массивы джунглей постепенно исчезали, конечно быстрее на севере. Все это было связано с большими преобразованиями поверхности материков и изменениями ландшафтов. В то время возникали огромные горные цепи, менялись направления несущих влагу или засуху воздушных течений, редели леса. В итоге мир обезьян и полуобезьян стал испытывать большие потери: многие виды вымирали, иные уходили в более южные области, а некоторые стали жить на открытой местности.
Вот эти-то громадные перемены и заставили предков человека осваивать наземный образ жизни. Условия оказались здесь менее благоприятны, чем в лесах. Пищи было меньше, да и добывать ее стало гораздо труднее. К тому же на открытой местности несравненно труднее было прятаться от хищных зверей. Поэтому не удивительно, что в таких условиях сумели выжить сравнительно немногие виды обезьян. Из наземных низших обезьян обратим внимание на павианов. Размеры и вес их тела, несомненно, увеличились, морда стала длинной и похожей на собачью. Павианов даже называют «собакоголовыми». У них выросли и сильно заострились клыки. Ногти обрели некоторое сходство с когтями из-за постоянного передвижения по твердой почве, от необходимости переворачивать камни в поисках насекомых или другой пищи.


Вверху: высшие обезьяны — слева горилла, справа орангутан.
Внизу: низшие обезьяны — слева мартышка, справа капуцин.


Самка шимпанзе с детенышем.

Таким образом, павианы приобрели черты полухищников. И действительно, они поедают любых мелких животных, которых им удается поймать; бывает, что павианы даже преследуют небольших антилоп. В борьбе с хищниками стада павианов значительно укрупнялись, иногда до нескольких сот животных в одном стаде, Сами животные стали массивнее и сильнее, особенно самцы, вес которых увеличился до 30—40 кг и больше.
По-другому шло развитие двуногих потомков— дриопитеков. В борьбе за существование они на-чали пользоваться предметами, пригодными для добывания пищи я защиты от хищников. Это был путь к очеловечению.
Наблюдения показывают, что немногие из современных обезьян в природных условиях пользуются камнями для добывания пищи. Так, яванские обыкновенные макаки в поисках пищи разламывают камнем раковины моллюсков, разбивают панцирь крабов, отламывают у них клешни.
Ловко раскалывают камнем орешки американские обезьянки капуцины. Над ними проводились интересные опыты. Например, к потолку так подвешивали плоды, что капуцин с пола не мог до них допрыгнуть; он приносил небольшие ящики, ставил их один на другой и доставал еду рукой, иногда же сбивал ее палочкой. У капуцинов довольно высокий уровень умственной деятельности, хотя в этом они, конечно, уступают горилле и шимпанзе.
Многие ученые исследовали поведение шимпанзе. В условиях эксперимента шимпанзе обнаружили способность выбирать палки определенного сечения, чтобы открывать, как ключом, ящики и брать спрятанные в них плоды. Эти же обезьяны доставали высоко подвешенные плоды, предварительно соорудив для этого подставку из ящиков.
И. П. Павлов считал, что обезьяна — самое умное животное, потому что у нее четыре хватательные конечности, благодаря им развиваются более разнообразные взаимоотношения с окружающей средой. Это, в свою очередь, развивает мышечное чувство, осязание, зрение; обезьяны видят предметы в объеме и цвете.
Важные опыты с шимпанзе проведены советским зоопсихологом Н. Н. Ладыгиной-Коте. На виду у животного в трубку закладывалась конфета, которую нельзя было вытащить пальцами. Но когда шимпанзе дали доску, он зубами отделил от нее щепочку и ею вытолкнул конфету из трубки. В опытах Г. Ф. Хрустова шимпанзе в подобной ситуации вместо доски был дан дубовый круг.

Шимпанзе соединяет две полые палки в одну, чтобы ею достать плоды.
Хотя обезьяна получила довольно трудное задание, все же она расщепила зубами круг вдоль волокон, а затем отделила от сегмента щепку и вытолкнула ею приманку из трубки.
Не менее интересны наблюдения над шимпанзе в условиях тропического леса. Еще Дарвин сообщил о том, как шимпанзе разбивают орехи камнем. Пятнадцать лет назад один ученый наблюдал в Либерии (Западная Африка) шимпанзе, который, держа в руке ветку с орехами, слез с пальмы, сел среди скал, взял камень и стал раскалывать им орехи, чтобы добыть ядра. А американская исследовательница Джейн Гудолл не раз видела в Восточной Африке, как шимпанзе вырывал из земли тростинку и, обломав на ней лишние веточки, всовывал ее в гнездо термитов: когда встревоженные насекомые наползали на тростинку, шимпанзе слизывал их с нее и поедал.
Подобные наблюдения говорят о том, что некоторые современные обезьяны в определенных природных условиях для добывания пищи употребляют камни и палки. Предрасположение к этому, несомненно, есть у орангутанов, горилл и многих других обезьян. В лесу, на деревьях, «орудия» обезьянам практически почти совсем не нужны и они используют их редко. Но когда обезьяна встречается с трудностями в неволе, она нередко делает попытку преодолеть их с помощью тех или иных предметов как «орудий». Можно предположить, что


Шимпанзе соорудил подставку из ящиков, чтобы с нее было легче достать подвешенные к потолку бананы.
то же самое происходило с предками человека в условиях открытой местности, бедной источниками пищи, но кишащей множеством опасных животных.
Употребление таких «орудий» сделалось у наших двуногих предков систематическим, привычным занятием и хорошо помогало им в борьбе за жизнь. Некоторые обезьяны даже начали подправлять другими предметами форму употребляемых камней или палок: вероятно, сначала случайно, инстинктивно, а потом и преднамеренно, чтобы удобнее было ими пользоваться.
Другими словами, появились первоначальные настоящие трудовые действия: в руках
двуногих обезьяноподобных существ оказывались уже настоящие искусственные, специально сделанные орудия, хотя еще и очень простые.
Среди более развитых обезьян, вроде южноафриканских или восточноафриканских австралопитеков (от латинского «австралис» — южный и греческого «питекос» — обезьяна), и была, очевидно, та группа человекообразных, о которых Фридрих Энгельс говорил, что она «далеко превосходила все прочие смышленостью и приспособляемостью».
Ученым за последние 40 лет стало известно много черепов, челюстей, зубов и других остатков от ископаемых человекообразных двуногих обезьян Африки и Азии, а среди них — и от предков человека.
По костям австралопитеков Южной и Восточной Африки можно судить о том, что эти обезьяны имели рост 120—140 см, если не больше, и, вероятно, весили 30—50 кг. Объем мозговой коробки в среднем был равен 500, у некоторых достигал 600—650 см3, а то и больше. В этом они приближались к древнейшим людям.
Особый интерес ученых вызвали недавние находки ископаемых двуногих обезьян в Восточной Африке. Их черепа и кости в 1959 и 1960 гг. нашел и описал палеонтолог Льюис Лики. Этим обезьянам он приписывает следы очень грубой обивки на камнях, обнаруженных им неподалеку от найденных костей и черепов. Но многие специалисты не считают эти камни искусственными орудиями. Все-таки африканские находки, включая новейшее открытие костей чадантропа близ озера Чад в Африке, сделанное тем же Лики, свидетельствуют о возникновении человека из обширной семьи австралопитеков. Но не следует забывать, что подобные костные остатки находили и в Южной Азии, которую многие ученые тоже считают прародиной человечества.
Можно прямо сказать, что творцами орудий были уже не обезьяны, а первые люди. Ведь труд начинается с изготовления орудий. А так как люди жили в обществе себе подобных, в коллективе, то и сам труд носил совместный, общественный характер. Трудовые навыки начали передаваться из поколения в поколение. Обезьяноподобные существа лишь одного вида, вида древнейших людей, стали регулярно изготовлять орудия, правильно их использовали при добывании пищи и в обороне от врагов. Из числа таких «обезьянолюдей» упомянем питекантропа (от греческих «питекос» — обезьяна и




Каменные орудия ископаемых людей.

«антропос» — человек). Его черепная крышка и бедренная кость были найдены голландским антропологом Эженом Дюбуа на о-ве Ява в 1891, 1892 гг. Позже были обнаружены костные остатки и от других питекантропов.
В ходе эволюции нового, более высокоорганизованного вида людей развитие головного мозга и высшей нервной деятельности сочеталось с усложнением поведения; все это помогало ему выжить в суровых природных условиях. Некоторые другие высокоразвитые двуногие обезьяны того времени также были своего рода кандидатами на очеловечение, но они оказались неудачными попытками природы и постепенно вымерли. Ученые находят их костные остатки в древних слоях земной коры в пещерах Азии и Африки.