Все мы нередко рассуждаем нелогично, делая скороспелые и неточные выводы из имеющихся у нас посылок. (Вы легко можете «ловить» своих друзей и знакомых на неправильных логических выводах, если заинтересуетесь типами силлогизмов и проштудируете с этой точки зрения любой учебник логики.) Но особенно распространенный недостаток логического рассуждения — недостаточное отвлечение от непосредственного, личного опыта, которое мы уже видели у ребенка-дошкольника.
Представители некоторых народностей, стоящих па относительно низком уровне развития культуры, до сих пор стараются избегать чисто логического рассуждения; им представляется, что, если его нельзя подкрепить их личным опытом, оно недостаточно достоверно. В 30-х годах одна из научных экспедиций наблюдала такое явление в глухих кишлаках Средней Азии, в основном среди неграмотных стариков. Из их числа почти половина отказалась делать выводы из силлогизма, если он не подкреплялся практикой.
На то, что не все люди мыслят, так сказать, одинаково логично, давно уже обращалось внимание. Подобные наблюдения дали некоторым зарубежным ученым, например знаменитому французскому психологу и этнографу Л. Леви-Брюлю, основание говорить о «дологическом» мышлении у отсталых, «первобытных» народов. А из этого нередко делались и прямые расистские выводы.
Но вот что интересно. Экспедиция, работавшая в Средней Азии, проследила, как изменяется логика мышления при изменении условий жизни и деятельности. И оказалось, что колхозники-активисты, которым приходилось заниматься планированием, учетом работы и которые вообще часто сталкивались с задачами, требовавшими теоретического мышления, мыслят как будто бы совершенно иначе: они только в 5% случаев отказывались делать вывод, а в 65% рассуждали по всем правилам логики независимо от характера посылок. А учащиеся, которые проучились в школе всего лишь 4—5 месяцев, уже в 90% случаев полностью овладели формальным аппаратом логического рассуждения.
Из этого следует один важнейший вывод: любой человек способен в кратчайший срок постичь «секреты» правильного логического мышления. А если в каких-то случаях мы сталкиваемся с недостаточно развитым логическим мышлением, то секрет этого в условиях жизни и деятельности, не требующих развернутой системы логического рассуждения.
Конечно, важнейшей предпосылкой развития «правильного» логического мышления послужило появление науки. Именно оно дало толчок к тому, чтобы осознать и сформулировать правила логического вывода. Это сделал древнегреческий философ Аристотель в IV в. до н. э. В дальнейшем, правда, рамки «аристотелевской» логики оказались тесны для развивающейся логической науки: она включила в себя проблемы, не интересовавшие Аристотеля и других «классических» логиков, например проблему отношения логических законов к объективной реальности, проблему закономерностей научного мышления и т. д.
Было бы ошибкой, впрочем, считать, что научное мышление в чем-то принципиально отличается от ненаучного, практического. Основное его отличие в том, что оно более строго, более логически выдержано. Оперируя теми или иными словами или предложениями в обычных условиях, мы не обязательно связываем с ними точные и строго определенные понятия, однозначные и логически правильные суждения.
Напротив, научное мышление требует строгости и однозначности, оно невозможно без внутренней стройности и логической выдержанности построения мысли; недаром в последние десятилетия бурно развивается наука о логике научного исследования — эпистемология, составляющая часть учения о познании — гносеологии.