У меня есть ученик. Странный мальчик... Мы все (и ребята и я) вот уже больше года не можем понять, всерьез он говорит с нами или играет какую-то нелепую роль. Если играет, это нам кажется глупым. Если серьезно исповедует те взгляды, которые провозглашает на уроках, собраниях, диспутах, в обычных разговорах, тогда это страшно.
Что же он говорит? Первый, излюбленный его тезис: «Я не хочу быть хорошим человеком. Хорошим людям труднее жить. Я хочу быть просто порядочным». Второй: «Порядочный человек — тот, кто не делает подлостей, когда это ему не очень необходимо». Третий (уж мне, в личном разговоре): «Я не люблю наших ребят. Они слишком идейные».— «А что это значит — идейные?» — «Ну, они слишком правильные. Очень много думают. Они считают, что над всем в жизни надо думать».— «А ты как считаешь?» — «А я — что думать надо как можно меньше». — «Почему?» — «Так лучше».
Этому мальчику пятнадцать лет, и я все-таки думаю, что по крайней мере половина его речей — глупая поза. Так что надеюсь, верю, что нам удастся убедить его, и он будет смотреть на жизнь иначе.
Но вот откуда это берется? Почему не он один — есть и другие ребята, относящиеся к высокому слову «идейность» неодобрительно?
Придется нам вернуться к размышлениям о человеческой жизни, к Александру Матросову и Жанне д'Арк, к героям Чернышевского, к Сергею Тюленину. Его пример будет, пожалуй, всего убедительней, всего понятней. Почему он боролся с фашистами? Потому, что не мог жить под их властью. С этим вы согласны, не правда ли? Невозможно жить под властью ненавистного, жестокого и отвратительного врага и не бороться с ним. Вот посмотрите, что говорил Гитлер: «Я могу быть свободен от многочисленных предрассудков... Я себя чувствую хорошо... Мы вырастим молодежь, перед которой содрогнется мир: молодежь резкую, требовательную и жестокую... Я хочу, чтобы она походила на диких зверей». Такова была идея Гитлера. Крас-


На новостройки коммунизма. Художник С. П. Ласточкин.
Они оставили своих близких и родные места. Ни неблагоустроенная жизнь, ни огромная работа и большие трудности — ничто не испугало их.


Первая улица в Братске. Художник И. Н. Воробьев. Еще совсем недавно здесь шумела вековая тайга.

нодонскому мальчику Сереже Тюленину настолько ненавистна эта идея, что он готов был бороться против нее любой ценой, даже ценой жизни. Но ведь Сережа не просто не согласен с идеей Гитлера, у него своя идея: люди должны быть людьми, а не молодыми зверями. Люди должны быть не жестокими, а гуманными. Люди должны не бояться друг друга, а помогать друг другу. И эту свою идею, как и ненависть к идее фашизма, Сережа разделял с Зоей, Матросовым и двумястами мил-лионами граждан Советского Союза.
Значит, существуют такие идеи, за которые не жаль отдать жизнь? Это идея свободы Франции — для Жанны д'Арк; идея победы справедливости, равенства, уважения к человеку — для Чернышевского и его героев; идея борьбы с фашизмом за свободу Родины — для героев Отечественной войны; идея победы разума — для многочисленных героев и мучеников науки.
А для моего ученика —. за какую из своих идей он не пожалеет жизни? За ту, что не надо быть хорошим человеком? Или за ту, что нечего много думать над жизнью?
Нет у него такой идеи, за которую не жаль отдать жизнь. И поэтому он нищий духом. Как и те мальчики, что бросаются высокими словами, пренебрегают ими, потому что не доросли до них. Тем и отличается настоящий человек, что у него обязательно есть идеи, убеждения. Такие твердые убеждения, за которые он всегда будет бороться, при любых
обстоятельствах. Вы думаете, у вас их нет, этих убеждений?
Представьте себе, как это ни невероятно, что в вашем присутствии кто-то оскорбил нашу страну. Вы стерпите, смолчите? Никогда. Я видела парнишку, который с кулаками бросился на человека, грязно, отвратительно отозвавшегося о Пушкине. Парнишка был небольшой, а враг его — сильный мужчина. И он отступил немедленно, извинился, взял свои слова обратно — такова сила убеждения.
Идеи, убеждения не обязательно должны быть политическими. Есть нравственные идеи, например: человек должен быть честен; нельзя молчать, когда видишь подлость; нельзя допускать несправедливости...
В нашей стране за эти убеждения не надо отдавать жизнь — они приняты всем народом, приняты государством. Но от этого они не становятся менее важными. И бороться за них все равно приходится, хотя бы с такими ребятами, как мой ученик. Бороться не против этих ребят, а за них, за то, чтобы они приняли, поняли и разделили наши идеи. .
Мы уже говорили, что жизнь человеческая может быть духовно бедной и богатой. Зависит это от нас самих. И если бедная жизнь включает в себя только заботу о своем узком и низменном мире, то богатая открывает мир высоких наслаждений: творчества и образования, искусства и природы, идей и борьбы, мир разнообразнейших отношений между людьми, без которых не бывает полного счастья.